Россию все-таки пустили на Паралимпиаду‑2026: изменены правила, возвращены флаг и гимн
Еще прошлой осенью казалось, что дорога российской сборной на зимние Паралимпийские игры в Италии окончательно перекрыта. Международные федерации занимали жесткую позицию, а Международный паралимпийский комитет (IPC) формально вернул Паралимпийскому комитету России (ПКР) членство, но не предложил реального механизма, по которому спортсмены могли бы отобраться на Игры. Фактически это означало: статус есть, возможности участвовать — нет.
Сейчас ситуация изменилась принципиально. Международный паралимпийский комитет дал понять, что больше не намерен полностью зависеть от решений отдельных международных федераций, и пересмотрел подход к допуску российских паралимпийцев. Это открыло для России окно возможностей на Игры‑2026 в Италии, причём с национальной символикой — флагом и гимном в паралимпийских дисциплинах.
27 сентября генеральная ассамблея IPC проголосовала за полное восстановление членства ПКР. До этого с 2023 года российский комитет находился в режиме частичного отстранения, когда формально структура признана, но участие спортсменов в соревнованиях оставалось под вопросом и ограничивалось рядом условий.
Однако уже в октябре последовал новый удар: IPC объявил, что на зимние Паралимпийские игры 2026 года россияне в принципе не смогут поехать ни в одном виде спорта. Причиной как раз и стала позиция международных федераций, которые не оставили нашим спортсменам ни одного реального шанса выполнить квалификационные критерии и попасть в отбор. Получалось парадоксально: права восстановлены, а дорога на Игры по сути заблокирована.
Смена сценария стала возможной после серии юридических и политических шагов. Как сообщил глава ПКР Павел Рожков, за последние месяцы Международный паралимпийский комитет скорректировал правила и дал понять: если отдельные федерации затягивают процесс или создают искусственные барьеры, IPC готов искать альтернативные модели допуска. То есть центр принятия решений частично сместился от федераций обратно к самому комитету.
Ключевым поворотным моментом стала победа российской стороны в Спортивном арбитражном суде (CAS). В декабре министр спорта РФ Михаил Дегтярев сообщил, что Россия выиграла иск против Международной федерации лыжного спорта и сноуборда (FIS).
CAS признал требования российской стороны обоснованными и обязал FIS допустить спортсменов из России к международным соревнованиям:
– в олимпийских дисциплинах — в нейтральном статусе;
– в паралимпийских — под национальным флагом, с правом использовать государственную символику.
Международная федерация выполнила решение суда и опубликовала критерии допуска. После этого позиции IPC, который раньше ссылался именно на отсутствие регламентов и нежелание федераций принимать россиян, заметно ослабли: больше не оставалось формальных поводов полностью закрывать вопрос участия наших паралимпийцев.
По словам Павла Рожкова, ПКР намерен до 13 февраля подать документы на получение так называемых двусторонних приглашений. Речь идёт прежде всего о трёх видах спорта:
– лыжные гонки,
– горнолыжный спорт,
– сноуборд.
Именно в этих дисциплинах у россиян сохраняются реальные шансы показать нужные результаты и войти в состав участников Игр‑2026.
Рожков подчеркнул, что российские паралимпийцы продолжают демонстрировать высокий уровень. По его словам, результаты команды на международных стартах подтверждают конкурентоспособность и лидерские позиции на мировом уровне. В начале февраля на соревнованиях FIS планируется участие российских горнолыжников с нарушением зрения — сейчас идёт визовая и организационная подготовка.
Уже этой зимой российская паралимпийская сборная на практике доказала, что по-прежнему входит в число сильнейших. На этапе Кубка мира по паралимпийским лыжным гонкам в Германии, проходившем с 14 по 18 января, россияне выиграли три золотые, три серебряные и две бронзовые медали.
Горнолыжная команда также отметилась на международной арене: на этапе Кубка мира в Австрии (11–17 января) российские спортсмены завоевали одну золотую, четыре серебряные и одну бронзовую награды. Эти медали стали важным аргументом и для IPC, и для международных федераций, демонстрируя, что игнорировать такой уровень выступлений становится всё сложнее — и с юридической, и со спортивной, и с имиджевой точки зрения.
Тем не менее, внутри сборной пока сохраняется неопределённость. Старший тренер паралимпийской команды России по лыжным гонкам и биатлону Ирина Громова признаётся, что до сих пор не знает, какое количество российских спортсменов в итоге смогут допустить до участия в соревнованиях.
По её словам, тренерский штаб и спортсмены вынуждены работать практически «вслепую»:
– неизвестно, сколько человек получат право стартовать;
– неясно, какие именно старты и сборы планировать;
– остаются открытыми логистические вопросы — где размещаться, как решать проблему с визами, какие страны и базы готовиться принять нашу команду.
Громова отмечает, что дефицит времени сильно осложняет подготовку. Если бы решение о допуске и механизме участия было принято раньше, планирование сезона, подбор стартов и организационная работа прошли бы гораздо спокойнее и рациональнее. Сейчас же тренеры работают в режиме пожара — параллельно готовя спортсменов и пытаясь угадать конфигурацию будущих стартов.
Отдельная проблема — финансовая. По словам тренера, последние три учебно-тренировочных сбора спортсменам приходилось оплачивать из собственных средств. Это накладывает дополнительное давление на паралимпийцев и их семьи: помимо психологической неопределённости, им приходится нести прямые расходы на подготовку к стартам, участие в которых до последнего момента не гарантировано.
Сложности добавляет и техническая сторона. После перехода мирового лыжного спорта на бесфторовые мази, в России такие составы практически не представлены. Внутренний рынок их не предлагает, а закупка за рубежом обходится в огромные суммы. По словам Громовой, необходимую мазь приходилось покупать в Германии, и стоимость этого инвентаря стала практически баснословной. Тем не менее, тренер подчёркивает: даже при таких условиях команда намерена выступать и бороться за результат на том, что есть.
На этом фоне само решение IPC изменить подход и фактически открыть России путь к Играм‑2026 выглядит переломным. Зимние Паралимпийские игры в Италии пройдут с 6 по 15 марта. Ещё несколько месяцев назад участие российской команды представлялось почти нереальным сценарием. Сейчас же картина принципиально иная:
– пересмотрены правила допуска;
– учтены решения Спортивного арбитражного суда;
– зафиксированы реальные международные результаты российских спортсменов.
Окончательные составы команд и официальные квоты для участия будут утверждены позднее, но главное уже произошло — был создан правовой и спортивный фундамент, который снова делает участие России в Паралимпиаде не мечтой, а рабочей задачей.
Что изменилось в позиции IPC
Важно понимать, что смена курса IPC — не жест доброй воли, а результат сочетания нескольких факторов:
1. Юридическое давление через CAS, где прецедент с FIS показал, что полное исключение российских спортсменов без внятного правового обоснования не выдерживает судейской проверки.
2. Практический аргумент — медали и выступления россиян в Кубке мира. Игнорировать лидеров мирового паралимпийского спорта становится проблематично для репутации любых международных структур.
3. Внутреннее противоречие в решениях самого IPC, который сначала восстановил членство ПКР, а потом фактически лишил спортсменов права реализовать это восстановление на главном старте четырёхлетия.
Корректировка правил допуска позволяет комитету продемонстрировать, что он готов действовать не только под давлением федераций, но и исходя из принципов равных возможностей, прозрачности и соблюдения своих же решений.
Перспективы российских паралимпийцев в Италии
Даже при допуске участие в Играх‑2026 не будет прогулкой. Россиянам, скорее всего, предстоит столкнуться с дополнительными регламентными ограничениями, жёстким контролем и повышенным вниманием к любым формальным вопросам. Но именно к такой работе сборная на самом деле уже привыкла за последние годы.
Спортивно же потенциал налицо:
– в лыжных гонках и биатлоне россияне традиционно входят в число фаворитов;
– в горнолыжном спорте и сноуборде есть стабильная группа лидеров и опытных тренеров;
– медали на январских этапах Кубка мира подтверждают готовность бороться за подиум и в 2026 году.
Если заявки на двусторонние приглашения будут удовлетворены в необходимом объёме, российская сборная сможет претендовать на значимое присутствие в медальном зачёте Паралимпийских игр.
Почему возвращение флага и гимна важно не только символически
Разрешение выступать под национальным флагом в паралимпийских дисциплинах — это не только вопрос престижа. Для спортсменов с ограниченными возможностями, которые годами преодолевают не только соперников, но и собственные физические барьеры, осознание, что они представляют именно свою страну, а не абстрактный нейтральный статус, — мощный мотивационный фактор.
Кроме того, возвращение флага и гимна укрепляет позиции ПКР внутри национальной спортивной системы:
– проще привлекать спонсорскую поддержку;
– легче аргументировать необходимость финансирования сборов и инвентаря;
– растёт интерес регионов к развитию паралимпийских видов спорта.
Что остаётся под вопросом
Несмотря на позитивный поворот, неопределённостей по-прежнему много:
– точные квоты и количество участников от России пока не обозначены;
– остаётся риск, что отдельные федерации будут пытаться затягивать или усложнять процедуры допуска;
– организационные вопросы — визы, логистика, аккредитации — могут стать узким местом, особенно при сжатых сроках.
Тем не менее, после нескольких лет тотальной неопределённости нынешняя ситуация воспринимается внутри команды как серьёзный шаг вперёд. У сборной снова появилась не только цель в виде Паралимпиады‑2026, но и реальный маршрут, по которому к этой цели можно двигаться.
Именно это сегодня и есть главное: дверь, которая ещё недавно казалась намертво закрытой, приоткрылась. Теперь всё будет зависеть от того, насколько быстро и слаженно сработают спортивные чиновники, юристы, тренеры и сами паралимпийцы — те, ради кого весь этот сложный политико-юридический процесс, в конечном счёте, и затевался.